Последние комментарии

  • горожанин16 сентября, 13:13
    пономарев и овсянников - за такое царь своих не сажаетКрымскую «Бухты мечты» вернули киевлянам
  • Валентина Федосенко16 сентября, 11:33
    дармоеды . армия людей без ответственности и профессииКорпорацию развития Севастополя выселили за долги
  • Виталий Кирпиченко16 сентября, 10:49
    Существенный сдвиг в борьбе за демократические права и свободы: раньше кукиш показывали в кармане, теперь вынули его ...«Пенсионеры» отгоняют кукишем парламентские партии от заксобрания Севастополя

Южный берег, которого у нас никогда не будет

Имя советского архитектора Ивана Леонидова, одного из лидеров конструктивизма, сейчас помнят только специалисты, хотя влияние его «стилеобразующего» творчества испытали Ле Корбюзье и Мис ван дер Роэ, чьи работы определили архитектуру всего XX века. Леонидов хотел построить в Крыму «античный город в античном пейзаже».
Но не успел – по политическим причинам.

Творческий путь гениального архитектора, родившегося в 1902 году на хуторе Власиха Старицкого уезда Тверской губернии в семье лесника, начался у деревенского иконописца. В 1919 году он подал прошение об обучении в первые Свободные государственные художественные мастерские в Твери, где процветал футуризм, и был принят. Через год обучения перешел на живописный, а потом на архитектурный факультет московского ВХУТЕМАСа — главную кузницу творцов архитектуры раннего СССР.

Его дипломный проект «Институт библиотековедения имени В.И. Ленина на Ленинских горах в Москве» был воспринят как подлинное архитектурное открытие. «Мы присутствуем при рождении новой архитектуры», — говорил его учитель Александр Веснин, признававший превосходство ученика.

Проект Института им. Ленина, макет

Леонидова выдвинули на роль лидера конструктивистов из «Объединения современных архитекторов». Но за взлетом последовала травля. Архитектор Мордвинов, которого теперь если и вспоминают, то с негативным оттенком, написал статью о вреде «леонидовщины», в которой выставил его буржуазным мечтателем, далеким от целей классовой борьбы. Леонидов ответил на выпад в журнале «Современная архитектура», где возглавлял редколлегию, после чего издание закрыли. Этот прецедент не позволил архитектору участвовать в знаковых конкурсах.

Иван Леонидов

В 1934 году Моисей Гинзбург (позже — один из разработчиков Генплана восстановления Севастополя после освобождения от нацистов) приглашает Леонидова на работу в его мастерскую, где тот возглавляет творческую бригаду.

В 1938 году осуществляется его единственный, помимо разработки интерьеров в нескольких других зданиях, проект — лестница и ряд интерьеров санатория им. Орджоникидзе в Кисловодске.

Так лестница выглядит сейчас:

Примерно то же время им создаются проекты Большого Артека, планировки и застройки Южного берега Крыма, вошедшие в золотой фонд «бумажной» архитектуры. Леонидов от конструктивизма отходит и углубляется в наследие античной архитектуры, но избегает прямых заимствований. Теперь его проекты ближе к ар-деко, постконструктивизму.

Проект панорамы Южного берега Крыма — несколько разверток побережья. Сохранилось всего два таких подрамника на фанере, и это не чертежи, а архитектурные пейзажи.

О проекте планировки Южного берега сам Леонидов говорил, что он создаёт «античный город в античном пейзаже».

Во время работы над проектом Большого Артека Леонидов строил концепцию обучения во время игры:

«Здесь, в одной ложбине, будет северное полушарие, в другой — южное, — рассказывает сын архитектора. - И пусть ребята путешествуют вокруг и учатся у природы. Они могут построить свои павильоны в стилях разных эпох и культур. Он полагал, что ребята и взрослые просто гуляли бы в парке и беседовали. Они нарисовали бы теорему Пифагора на земле. Кто-то нарисовал бы цветок, кто-то вылепил бы что-нибудь, кто-то ещё рассказал бы историю. И в этом был бы постоянный элемент творчества».

В 1941 Иван Леонидов ушёл на фронт. В тяжёлых позиционных боях под Воронежем в залитых водой и засыпанных снегом окопах в маленьком блокноте он делает заметки и первые эскизы для проекта «Города Солнца», над которым работал до конца жизни (1943–1959), сообщает «Энциклопедия русского авангарда».

После войны, демобилизованный по тяжёлой контузии, Леонидов был по существу отлучён от реальной работы. Возможности реализации ограничились главным образом планами благоустройства, образцами малых архитектурных форм, мебели, осветительной арматуры (1947–1948).

Несмотря на это, ему удалось сделать некоторые проекты, которые можно считать программными, в первую очередь «Остров цветов» на Трухановом острове в Киеве (1946). Это был в полном смысле Парк Культуры – Парк Знания и Творчества. В нём были спроектированы аллеи, «тропины», площадки, беседки, павильоны, посвящённые занятиям искусствами, науками, физической культурой, беседам и диспутам. Каждый уголок парка, каждая аллея имели своё индивидуальное смысловое построение, каждый павильон наглядно представлял своё особенное предназначение.

Интерьер Дворца пионеров в Калинине (Тверь), разработанный Леонидовым

Танцевальный зал второго этажа

В поздний период Леонидов был вынужден заниматься оформительской работой, но и здесь можно привести пример неординарного оформления советского павильона на Всемирной выставке в Брюсселе, который был частично реализован (1957–1958).

Намного опережая время, Леонидов постоянно откликался на его вызовы. Главным направлением его профессиональной деятельности были конкурсные и инициативные проекты. Из основных можно назвать проект набережной в Сталинграде (1947), проект Форума искусств на фундаментах Дворца Советов (1953), конкурсные проекты типового кинотеатра (1957), Дворца Советов (1957), монумента «Спутнику» (1958), панельного дома (1957), Дворца пионеров и Всемирной выставки в Москве (1958).

Творческая инициатива и оригинальные идеи не воспринимались чиновниками. На некоторые конкурсы Леонидова просто не допускали. Как и запрещённые в то время писатели, он работал «в стол».

После войны Леонидов создает серию архитектурной графики «Город Солнца», по мотивам одноименного труда итальянского философа XVII века Томмазо Кампанеллы, проект города утопического коммунистического будущего, в котором находит утешение после ужасов войны. Эта работа стала леонидовским манифестом, вершиной всего его обширного наследия.

Архитектурный кумир 1920–1950-х Ле Корбюзье, приезжая в Москву, непременно знакомился с работами Леонидова и нередко заимствовал его профессиональные приёмы. По свидетельству современников, Корбюзье говорил об абсолютном чувстве пропорции у Леонидова и считал его единственным в мире своим конкурентом.

После издания в 1988 в Лондоне книги с наиболее полным собранием проектов Леонидова она утвердилась на почётных полках в большинстве сколь-нибудь крупных архитектурных фирм мира. Целый ряд модных современных архитекторов причисляет себя к ученикам Леонидова, выросшим как профессионалы на его работах. Сегодня, в период постмодернизма, его проекты используются главным образом на уровне заимствования отдельных форм.

Настоящее понимание и развитие фундаментального наследия Леонидова, на уровне смысла, мировой культурной традиции и логики организации пространства, закономерностей становления и развёртывания архитектурной формы всё еще остаётся предметом довольно далёкой перспективы.

Источник ➝
'

Популярное

))}
Loading...
наверх