Последние комментарии

  • валентина григорьевна
    Разве можно назвать их умными, если они видят эту проблему только в животноводстве? В Петербурге появилась своя Грета Тунберг
  • Цуркан Арк
    Пиндосовский жополизСтуденческий псевдоним Путина запретили превращать в товарный знак
  • валентина григорьевна
    Были бы молодцы, если бы видели проблему экологии не в животноводстве. Проблема намного серьёзнее от мусора из пласти...В Петербурге появилась своя Грета Тунберг

Пенсионные туристы: как живут старики из Донецка в Крыму

Клеймо «предателя» преследует на Украине даже самых лояльных переселенцев с Донбасса, покинувших регион в 2014 году. Прошло уже пять лет, а они все так же поражены в правах. Героине этой истории, аудитору с тремя дипломами, после долгих попыток устроиться по специальности пришлось уехать в Крым. Здесь она стала уборщицей.
Но окончательно порвать с Киевом не получается: без украинской пенсии в Севастополе ей не выжить.

До 2014 года я жила в городе Макеевка Донецкой области. Обычная среднестатистическая жизнь: семья, работа, дети, учеба. Я считала себя успешным человеком: жена, хранительница очага большого гостеприимного дома, мама прекрасного сына, аудитор с длинным послужным списком, педагог, делящийся своими знаниями со студентами в вузах, и юрист.

С 18 лет получала пенсию, назначенную мне, как инвалиду детства 3 рабочей группы - 948 гривен. Плюс пенсию по потере кормильцев (мои родители рано умерли) – еще 1653 гривны. В сумме получалась неплохая цифра, львиную долю которой я тратила на лекарства. Для меня эти деньги были хорошим подспорьем, а иногда и единственным средством к существованию. Особенно в студенческие годы - и позже, когда случались перебои с работой. Естественно, эта сумма периодически индексировалась.

2014 год, переломный для Украины. Мой родной город Макеевка – на острие. Заботливое украинское государство предлагает всем, кто в зоне конфликта, переехать на подконтрольную Киеву территорию для сохранения конституционных прав. И я поехала… Не скрою, не в последнюю очередь, ради пенсии.

Не так просто собрать жизнь в два чемодана и отправиться на пустое место. Но я попыталась. Четыре года выживала в собственном государстве - в унизительном статусе переселенки. Устроиться на работу по специальности я так и не смогла.

Госпредприятия не хотели брать штат человека, который мог оказаться российским шпионом. Понятно, Служба безопасности Украины ясно донесла до их руководства: донецкие - люди второго сорта, они не должны претендовать на должность выше уборщицы.

Я не стесняюсь любого труда, но даже уборщицей на Украине я устроиться не смогла.  Хорошо, что частным предпринимателям нет дела до твоей прописки, главное – вовремя сформированный отчет для налоговой службы. Этим я и зарабатывала.

Но печать в паспорте мешала мне и в повседневной жизни: кредиты «донбасянам» не дают, в поликлиниках - советуют оплатить прием врача наличными. 

Я не могла спокойно проведать свой дом: проезд на неподконтрольную территорию был сопряжен с еще более унизительными процедурами получения пропуска, идентификации личности на блокпостах и шмоном сумок. На родину я ездила с карманным календариком, в котором было зачеркнуто 56 дней со дня последнего пересечения блокпоста. Моему четкому ориентированию во времени я обязана «Аркану» - специальному подразделению СБУ, созданному для отслеживания передвижений переселенцев из Луганской и Донецкой областей.

Каждый из нас, донецких переселенцев, должен каждые 56 дней не только возвращаться на подконтрольную Киеву часть Украины, но и находиться там в течение трех дней, чтобы подтвердить реальность своего существования. Зачем? Все просто:

гражданину, задержавшемуся в ЛНР-ДНР, государство тут же отменяет пенсии и социальные выплаты. Аргументация железная: «А вдруг он там, в Донецке, умер?»

Дома я оказывалась за гранью выживания: денег не хватало даже на еду, не говоря уже о лекарствах. На Украине мои доходы тоже едва покрывали расходы. Низкая заработная плата, высокая стоимость аренды жилья и постоянное чувство клейма «переселенки» вынудило меня поехать на «заработки» в Россию. Так я оказалась в Крыму.

Жить стало легче. В Севастополе оказалось много работы с достойной оплатой, широкий выбор сдаваемого жилья и, главное: здесь я не переселенка. В начале 2018 года «Аркан» не следил за тем, как часто донецкие пересекают госграницу. Я могла спокойно, согласно требованиям российского законодательства, находится на территории Крыма 90 дней.

Значит, хотя бы три месяца подряд у меня будет стабильная работа. Ведь не каждый работодатель смирится с тем, что его сотрудник каждые 56 дней исчезает на три дня.

Работу я нашла по объявлению в интернете, жилье – там же. Мой ежемесячный доход составляет 36 тыс рублей: 25 тыс рублей зарплаты (именно во столько оценили труд горничной в частном гостевом доме) и 5 тыс грн (11 тыс рублей) пенсии по инвалидности и потере кормильцев.

На эти деньги я снимала комнату в коммуналке (8 тыс рублей), покупала лекарства (5 тыс рублей) и откладывала на оформление патента (7 тыс рублей). 16 тыс рублей мне хватало на проживание и даже удавалось отложить пару тысяч на «черный» день.

В августе 2018 года моя беззаботная жизнь закончилась: Украина приостановила мне выплату пенсии. Чтобы выяснить, почему это случилось, я поехала на Украину по месту регистрации как переселенки. В пенсионном фонде узнала: я в списках «Аркана».

Оказалось, теперь переселенцы с Донбасса должны возвращаться на Украину каждые 56 дней, даже если за прошедшие годы они успели обосноваться на другом конце мира.

Когда узнала, эмоции были – не передать словами. Нас, донецких, выбравших в конфликте сторону Украины, лишили еще одного права цивилизованного человека: права на свободу передвижения. Как собаки на привязи: никуда из Украины – ни домой, ни на заработки, ни в гости больше, чем на 56 дней.

И там, где нам «дали убежище», тоже невозможно находиться: ни работы, ни жилья, но самое главное – нет уважения. Вы можете упрекнуть меня в приспособленчестве – приехала ради пенсии, но многие были идейными. И их тоже втоптали… 

Я восстановила пенсию, пройдя двухнедельную процедуру подтверждения местопребывания, доказывающую, что я реально существую. Потом вернулась в Крым, и оказалось, что работу я потеряла.

Нужно было решать, как жить дальше. Вариантов было три:

1. Вернуться домой в ДНР и как-нибудь сводить концы с концами при максимальной пенсии в 5 тыс рублей и максимальной заработной плате в 10 тыс рублей;

2. Вернуться в Украину и как-нибудь сводить концы с концами без шансов на хороший заработок и жилье;

3. Остаться в Крыму и, как та лягушка в басне, пытаться взбить масло в сливках, чтобы ощутить под ногами твердую почву.

Я выбрала третий вариант. Работу нашла быстро. Теперь я помощница по хозяйству в частном доме с окладом в 25 тыс рублей. Вроде всё как было, но теперь, чтобы получать пенсию, я должна пересекать границу Украины каждые 56 дней и оставаться там ровно три дня.

Нехитрые математические подсчеты показали, что издержки на дорогу и проживание на территории «родного» государства выгоднее полного отсутствия пенсии.

Я приняла решение: стану «пенсионным туристом».

Бюджетный вариант поездки на Украину очень прост. В 12:20 с Севастопольского железнодорожного вокзала отправляется электричка до Симферополя, стоимость проезда – чуть более 100 рублей. Через 40 минут из Симферополя отправляется электричка до Джанкоя, цена на билет – приблизительно такая же. От автостанции Джанкоя, которая находится рядом с ж/д вокзалом, каждый час отправляются автобусы до КПП «Чонгар», билет - 99 рублей. На КПП я оказываюсь около 18:30. Прохожу досмотр на российской стороне, сажусь на автобус, курсирующий между границами за 20 рублей, и доезжаю до украинского КПП. Прохожу досмотр, на выходе ловлю машину до Новоалексеевки. Как правило, больше 100 грн (220 рублей) с человека таксисты не берут. В Новоалексеевку я приезжаю часам к 20 – и останавливаюсь на три дня. Койко-место у местных «предпринимателей» стоит 150 грн (350 рублей) в сутки.

В итоге дорога туда и обратно вместе с проживанием отбирает около 1800 рублей. Я не считаю расходы на питание, поскольку в поездке трачу на еду примерно столько же, что и в Крыму.

В итоге мой ежемесячный доход составляет те же 36 тыс рублей, что и в 2018, а расходы увеличились на 2000 рублей -  цену моих «пенсионных» путешествий поневоле.

Источник ➝

Популярное в

))}
Loading...
наверх